Центральный Дом Знаний - Лекции по этике

Информационный центр "Центральный Дом Знаний"

Заказать учебную работу! Жми!



ЖМИ: ТУТ ТЫСЯЧИ КУРСОВЫХ РАБОТ ДЛЯ ТЕБЯ

      cendomzn@yandex.ru  

Наш опрос

Я учусь (закончил(-а) в
Всего ответов: 2591



Лекции по этике

Понятие этики. Нормативная и теоретическая этика


Понятия добра и зла, морали и нравственности, этики являются одними из самых распространённых в языке, и в то же время одними из самых многозначных и неопределённых. Нравственные проблемы при этом предстают одними из самых важных для человека. Так, великий немецкий философ И. Кант писал, что «все интересы моего разума (и спекулятивные и практические) объединяются в следующих трёх вопросах:
1. Что я могу знать?
2. Что я должен делать?
3. На что я могу надеяться?»[1].
Первый вопрос гносеологический и решается чистым спекулятивным разумом. Второй вопрос нравственный и решается чистым практическим разумом. Первому вопросу посвящена, как многие считают, главная работа Канта – «Критика чистого разума», представляющая собой очень глубокий и сложный философский труд. Второму вопросу посвящены у Канта «Критика практического разума» и др. этические работы. Но сам Кант отдавал предпочтение чистому практическому разуму перед чистым спекулятивным разумом, т.е. этика по нему имеет определённое первенство перед
гносеологией. «Следовательно, в соединении чистого спекулятивного разума с чистым практическим в одно познание чистый практический разум обладает первенством, если предположить, что это соединение не случайное и произвольное»[2]. Таким образом, сложнейшая гносеология Канта может быть рассмотрена как введение в этику.
Гениальный художник и великий моралист Л.Н. Толстой писал: «Мы все привыкли думать, что нравственное учение есть самая пошлая и скучная вещь, в которой не может быть ничего нового и интересного; а между тем вся жизнь человеческая, со всеми столь сложными и разнообразными, кажущимися независимыми от нравственности деятельностями, - и государственная, и научная, и художественная, и торговая – не имеет другой цели, как большее и большее уяснение, утверждение, упрощение и общедоступность нравственной истины»[3]. 
Итак, что такое мораль, нравственность, этика? Проще всего дать определение этики. Этика есть учение о морали. Мораль предстаёт предметом этики. Этика возникает в лоне философии и существует по настоящее время как философское учение и философская учебная дисциплина. Основателем этики признаётся великий древнегреческий философ Сократ (469-399 до н.э.). Крупнейшими этиками в истории человечества были Платон (428-328 до н.э.),Аристотель (384-322 до н.э.), Сенека (4 до н.э. – 65 н.э.), Марк Аврелий (121 – 180), Августин Блаженный (354 – 430), Б. Спиноза (1632 – 1677), И.Кант (1724 – 1804), А. Шопенгауэр (1788 – 1860), Ф. Ницше (1844 – 1900), А.Швейцер (1875 – 1965). Этикой занимались все крупные русские мыслители.Наиболее значительные работы по этике оставили св. Тихон Задонский (1724 –1783), св. Феофан Затворник (1815 – 1894), Вл.С. Соловьёв (1853 – 1900),Н.А. Бердяев (1874 – 1948), Н.О. Лосский (1870 – 1965). Мировое значение приобрели нравственные идеи Ф.М. Достоевского и Л.Н. Толстого.На развитие морали и этики огромное влияние оказали идеи моралистов,т.е. людей предлагающих новые моральные заповеди, более глубокое понимание известных нравственных принципов. К числу великих моралистов человечества следует отнести Моисея, Будду, Конфуция, Иисуса, Мухаммеда. Существует, однако, и попытка сделать этику «научной», оторвав её от такой мировоззренческой, «ненаучной» формы как философия. - Подобная тенденция наблюдается в позитивизме, который пытается сделать из этики строго верифицируемую научную дисциплину. Но в результате из их этики уходит мораль и остаётся «этика без морали».
Считается, что термин «этика» ввёл Аристотель для обозначения особыхдобродетелей характера в отличие от дианоэтических добродетелей разума. Он же создаёт и теорию об этических добродетелях – этику[4]. И здесь содержится важная мысль, которая окажет влияние на дальнейшее развитие этики и психологии, а именно: человеческий интеллект состоит из двух важнейших частей – разума и нрава. Разум включает в себя мышление, память;нрав – чувства, волю.В отличие от во многом стихийно формирующейся нравственности, этика представляет собой сознательную духовно-теоретическую деятельность. Но теоретически она решает и многие из практических вопросов, которые возникают перед человеком в жизни и которые связаны с проблемами долга, добра, зла, смысла жизни и т.п. Этика рационально осмысливает, развивает и формализует некоторые интуитивно очевидные для нас истины о нравственныхценностях, придавая тем самым подобным интуитивным предположениям статус научно обоснованных положений. И это очень важная, нужная и сложная работа. Так, например, крупнейший американский этик XX века Дж. Ролз свою довольно-таки сложную концепцию «справедливости как честности» строит на двух, интуитивно принимаемых как справедливые, принципах – принципе «равенства исходных позиций» и принципе «компенсирующего преимущества» для менее преуспевающих членов общества. Поэтому традиционно этику ещё называют «практической философией».
Этика, возникнув в философии, тем не менее не выделилась в особую науку типа социологии, психологии. Почему? – Потому, что проблемы добра и зла, долга, счастья, смысла жизни, практического поведения органично связаны с мировоззрением человека, со сферой свободы его воли, они не определены жёстко природой внешней или внутренней. В моральном выборе важна оценка, проведённая с определённых мировоззренческих позиций! В этике как теоретической дисциплине постепенно стали выделяться два рода проблем. Один род проблем связан с нормами, принципами, ценностями,т.е. с их определением, анализом, с проблемами их формирования, воспитанияи т.д. Этими вопросами занимается нормативная этика. Именно нормативная этика даёт нам специфическое моральное знание, для восприятия которого важны как деятельность ума, так и чувств, интуиции, т.е. «деятельности сердца», как подобная деятельность определяется в русской этике[5]. Это знание часто может не восприниматься чисто рассудочно, потому «образованные» люди могут оказаться более глупыми в нравственном смысле,нежели «простые», но чуткие сердцем люди.Нравственное знание, таким образом, передаётся в разной форме, а не только в сугубо понятийной, научной. Оно может передаваться в притчах,нормах, пословицах, сказках, былинах, мифах и т.п. Не случайно новые представления о добре и зле Господь Иисус Христос передал в форме притч.Особую роль в нормативной этике играет проповедь как специфическая форма передачи нравственно-нормативного содержания. Эта форма давно оценена по достоинству церковью, но может быть и светская проповедь.
Второй род проблем в этике – это собственно теоретические вопросы о сущности морали, о её происхождении, законах развития и т.д. Данными вопросами занимается теоретическая, или дескриптивная, этика. Данная этика в наибольшей степени наукообразна, её язык более наукообразен, формализован, чем в нормативной этике. Несомненно, что эти две разновидности этики диалектически взаимосвязаны.
Понятие научной, религиозной, профессиональной этики


Существует ряд понятий, связанных с понятием «этика», более частного рода, как то: «научная этика», «религиозная этика», «профессиональная этика». Понятие «научная этика» многозначно. Под данным понятием обычно понимается стремление человека опираться в своей нравственной деятельности на более глубокое, научное знание действительности. И с таким значением понятия «научная этика» можно и нужно согласиться. Однако сама «научность» в этике иная, нежели в естественных науках. «Научность» в этике не принимает строго формализованной, дедуктивной или математической формы, не является и строго обоснованной через опыт; индуктивный метод здесь также имеет свои границы.Замечательно об этом свойстве этического знания выразился Л.Н.Толстой. Он писал: « В области нравственной происходит одно удивительное,слишком мало замечаемое явление.Если я расскажу человеку, не знавшему этого, то, что мне известно из геологии, астрономии,  истории, физики, математики, человек этот получит совершенно новые сведения, и никогда не скажет мне: «Да что ж тут нового?Это всякий знает, и я давно знаю». Но сообщите человеку самую высокую,самым ясным, сжатым образом, так, как она никогда не выражалась, выраженную нравственную истину, - всякий обыкновенный человек, особенно такой, которыйне интересуется нравственными вопросами, или тем более такой, которому этанравственная истина, высказываемая вами, не по шерсти, непременно скажет:«Да кто ж этого не знает? Это давно и известно и сказано». Ему действительно кажется, что это давно и именно так сказано. Только те, для которых важны и дороги нравственные истины, знают, как важно, драгоценно икаким длинным трудом достигается уяснение, упрощение нравственной истины –переход её из туманного, неопределённого сознаваемого предположения,желания, из неопределённых, несвязных выражений в твёрдое и определённое
выражение, неизбежно требующее соответствующих ему поступков»[6].
Понятие «научной этики» часто связывают с какой-то особой, опирающейся на конкретную науку концепцией морали. Такая этика, считается,основывается на научно-проверенных фактах и  использует научную методологию.Примером подобной «научной этики» может быть «натуралистическая этика»,«строящаяся» на природных фактах, как-то: инстинкты человека, его
естественное стремление к удовольствию, его иррациональная воля к жизни, к власти. Такой этикой явилась этика социал-дарвинистов, представителямикоторой были Ч. Дарвин, П.А. Кропоткин и др. П.А. Кропоткин в книге «Этика» отмечал, что « самые понятия о добре и зле и наши умозаключения о «Высшем добре» заимствованы из жизниприроды»[7]. Существует инстинктивная борьба между видами и инстинктивнаявзаимопомощь среди видов, что и предстаёт основой морали. Инстинктвзаимной симпатии наиболее полно проявляется у общественных животных,человека. Современная биология, в частности этология, значительнорасширила представление человека о поведении животных. Однако она сохранила идею о естественных факторах морали, зачастую преувеличивая их роль. Примерами здесь могут служить концепции К. Лоренца, В.П.Эфроимсона, Г. Селье и др[8].
Научной считала себя и марксистская этика, которая выводила мораль из объективных социальных отношений, рассматривала её как специфическую форму сознания или особый способ освоения действительности, имеющего классовую основу. Специфическую научную этику разрабатывает неопозитивизм, который считает, что предметом научной этики может быть лишь язык морали и этики, а
не сама мораль. Подобная этика получила название «метаэтики»[9]. Существуют и возражения против концепций «научной этики». Наиболее серьёзная критика представлена эмотивизмом как одним из направлений неопозитивистской теории морали. Главный аргумент эмотивизма касается сущности нравственных ценностных суждений. Здесь утверждается, что все ценностные суждения являются прескрипциями, а не дескрипциями, т.е. они выражают наши субъективные установки или эмоции, а не обозначают нечто объективное[10]. Однако эта точка зрения не объясняет возможность моральной аргументации, споров, - они тогда просто становятся бессмысленными, ибо все суждения равнозначны. Целые пласты бытия как, например, природная и социальная сферы оказываются «обесцененными».
Этические учения, отстаивающие тезис о дескриптивности ценностных суждений,т.е. о том, что они описывают нечто объективное в морали, предстают болееправдоподобными. Они объясняют большее количество моральных явлений, и имследует отдать предпочтение. Эмотивизм ведёт к релятивизму и нигилизму какэтическим учениям, утверждающим, что в сфере морали всё относительно, и что нет абсолютных, общечеловеческих ценностей добра.
Итак, понятие «научной этики» не является бессодержательным или бессмысленным. Этика может и должна включать в себя научные факты, методы,теории, хотя их возможности здесь ограничены. В этике велика роль чувств,
прескриптивных суждений, самооценок.Религиозная этика – это этика, которая основывается как на естественных, социальных фактах морали, так и на откровении Богом человеку нравственных истин. Утверждается, что умопостигаемые людьми нравственные истины дополнены в откровении теми, которые нельзя «открыть» умом, как, например, заповедь любви к врагам своим или истина об освящающей душу Божией благодати и т.п[11].В целом отношения религии и морали непростые. Всякая религия, как связь человека с Богом, включает в себя и определённую мораль, определяющую принципы данной связи с позиций добра. В свою очередь, окончательное своё основание добро получает в Боге. Как писал св. Феофан Затворник: «Вероучение всегда вдавалось в ненужные отступления и утончённости, когда не держалось нравственных целей; а нравоучение принимало недолжные направления, когда не освещалось вероучением»[12]. Поэтому в богословии
существует такая дисциплина, как нравственное богословие. Крупнейшими православными нравственными богословами можно назвать св. Тихона Задонского (XVIII в.), св. Феофана Затворника (XIX в.), св. Игнатия Брянчанинова (XIX в.)[13]. Профессиональная этика является многозначным понятием. Во-первых, это определённые кодексы поведения людей при выполнении ими своей профессиональной деятельности. Во-вторых, это теория данных кодексов, способы их обоснования. Актуальной является проблема соотношения профессиональной этики и общечеловеческой морали. В целом, данное соотношение предстаёт разновидностью диалектического отношения части и целого. Нельзя подменять общечеловеческую мораль профессиональной.Существует только одна мораль, которая и предстаёт общечеловеческой, а все прочие специфические нравственные системы являются лишь её разновидностью.
Как замечено в гениальном романе М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита» об осетрине «второй свежести»:
«- Голубчик, это вздор!
- Чего вздор?
- Вторая свежесть – вот что вздор! Свежесть бывает только одна -первая, она же и последняя. А если осетрина второй свежести, то это означает, что она тухлая!»
Поэтому когда возникают в сознании субъектов противоречия между требованиями общечеловеческой морали и требованиями профессиональной этики,то предпочтение следует отдавать общечеловеческим нравственным принципам.
Профессиональная этика многообразна. Наиболее значимые профессиональные этики – это этика врача (деонтологическая этика), этика юриста, этика бизнеса, этика учёного, педагогическая этика и др.
Понятие морали

В русском языке существуют два родственных понятия – мораль и нравственность. Каково отношение между ними? В этике существуют попытки «развести» данные понятия. Наиболее известна идея Гегеля, который мораль связывал со сферой должного, идеального, а нравственность со сферой сущего,действительного. Существует ведь большая разница между тем, что люди признают за должное, и тем, что они в действительности выполняют.
В русской культуре были предложения вообще не использовать в русском языке слова «мораль», которое имеет иностранное происхождение, - оно происходит от латинского слова «moralis», что означает «нравственный». В русском языке, как считал И.В. Даль, оно заимствовано от французского слова «moralite?», которое первоначально означало «драматургический жанр; в западноевропейском театре в XV-XVI вв. - назидательная, аллегорическая драма, персонажами которой были персонифицированные добродетели и пороки,вступавшие в борьбу за душу человека»[14]. В.И. Даль считал, что русское слово «нравственный» нисколько не хуже французского слова «моральный»[15].Но ошибаться могут любые учёные, в том числе и великие языковеды, каким был В.И. Даль! Ведь предлагал он заменить, например, слово «горизонт», которое также иностранного происхождения, словом «небозём». Однако в русском языке прижились и слово «мораль», и слово «горизонт», «небозём» же остался «мертворождённым» языковым изобретением Даля. В современном русском языке и в современной этике обычно слова «нравственность» и «мораль» рассматривают как синонимы, или же специально оговаривают, если разделяют их по значению. Мы будем в дальнейшим использовать данные слова как синонимы.
Дать определение «морали» («нравственности») значительно сложнее, нежели дать определение «этики», что обусловлено сложностью,многоаспектностью самого предмета[16]. Можно выделить следующие, наиболее общезначимые определения «нравственности».
1) Нравственность есть «внутренние, духовные качества, которыми руководствуется человек; этические нормы, правила поведения, определяемые этими качествами»[17]. В данном определении мораль сводится к определённым духовным качествам человека, а также к определённым нормам и принципам поведения, т.е. к определённой форме сознания. Однако здесь не учитывается в должной мере моральное измерение общества, а также практическая нравственная деятельность. Поэтому в русскоязычной советской этике в 70-е годы XX века было предложено другое, более широкое понятие морали.
2) Мораль есть особый, императивно-оценочный способ освоения действительности через дихотомию (противоположность) добра и зла[18]. Очевидна связь данного понятия морали с человеком, который только и может оценивать и повелевать. Мораль, таким образом, понимается как субъективная форма бытия, хотя и всеобщая для человека. Но как быть с отношением к природе, может ли оно быть нравственным? Обладают ли нравственной самоценностью другие, кроме человека, живые существа? Нравственная интуиция положительно отвечает на эти вопросы, однако они оказываются неразрешимыми для субъективистского подхода к морали, который связывает мораль лишь с человеком, с межличностными и общественными отношениями.Поэтому правомочно ещё более широкое определение морали.
3) Мораль есть совокупность ценностей добра и зла, а также соответствующих им форм сознания, отношений, действий. Данное определение морали и будет нами рассматриваться как основное.

Проблема природы морали в этике
Какова природа морали? В этике можно выделить два традиционных направления, которые предлагают разные решения этого вопроса: гетерономную этику и автономную этику. Гетерономная этика считает, что мораль, её возникновение, развитие определяются иными, неморальными факторами: экономическими, биологическими, политическими, религиозными. Автономная этика, напротив, утверждает, что мораль автономна, т.е. независима, не сводима к иным, неморальным факторам. Но в учении того или иногоконкретного мыслителя часто идеи той и другой этики переплетаются. И,думается, это предстаёт отражением того факта, что в реальности своей мораль является как гетерономной, так и автономной. 
Гетерономная этика представлена разными направлениями. Важнейшими её видами являются натуралистическая и социальная этики. В целом здесь господствует эмпирический подход к объяснению морали, когда она «выводится» из природы или социума.
Нравственность в натуралистической этике понимается как развитие в человеке его определённых естественных качеств. Здесь максимально «раскручивается» идея о том, что человек является животным, хотя и разумным. И всё человеческое по своей природе, или сущности, есть естественное, «животное».
Натуралистическая этика, в свою очередь, представлена разными концепциями. К её разновидностям относятся биологическая этика, гедонизм, эвдемонизм, утилитаризм.
Биологическая этика выводит добро и зло из биологии и психики человека. Так, выдающийся этолог XX века К. Лоренц отстаивал тезис об определённой морали, присущей животному миру в целом. Исследуя поведение рыб, птиц, млекопитающих, К. Лоренц пришёл к выводу, что «Великие Конструкторы эволюции» - изменчивость и отбор – формируют механизмы поведения, которые служат сохранению вида. Важнейшими из этих механизмов являются внутривидовая агрессия, «агрессия в узком и собственном смысле этого слова»[19], и механизмы торможения. Внутривидовая агрессия отличается от межвидовой борьбы, так что «столкновение между хищником и добычей вообще не является борьбой в подлинном смысле этого слова»[20]. Жертва ведь убивается не в силу агрессивности, а по необходимости, и «различие внутренних побуждений ясно видно уже по выразительным движениям»,т.е. на мордах хищников нет зла, а «напряжённо-радостное выражение». Ещё Дарвин отметил, что для будущего вида важно, чтобы территорию или самку завоевал сильнейший. И современная наука приходит к выводу о важности экологического фактора. «Что какая-то часть биотопа, имеющегося в распоряжении вида, останется неиспользованной, в то время как в другой части вид за счёт избыточной плотности населения исчерпает все ресурсы питания и будет страдать от голода, - эта опасность проще всего устраняется тем, что животные одного и того же вида отталкиваются друг от друга. Именно в этом, вкратце, и состоит важнейшая видосохраняющая функция внутривидовой агрессии»[21].
Внутривидовая агрессия в сообществе социальных животных приводит к возникновению здесь определённого порядка, иерархии, - «порядка клевания». «Простой физиологический механизм борьбы за территорию прямо-таки идеально решает задачу «справедливого», т.е. наиболее выгодного для всего вида в его совокупности, распределения особей по ареалу, в котором данный вид может жить»[22].
«Великие Конструкторы» природы сформировали и механизмы торможения агрессивности у живых существ, «уравнивающими» их орудия агрессивности. «Ворон ворону глаз не выклюет», хотя мог бы сделать одним ударом своего великолепного клюва, которым его наградила природа. Так же, как волк не перекусит в естественных условиях артерию своего сородича. Важное место в этих механизмах торможения занимают новые инстинкты, переориентирующие внутривидовую агрессивность на безобидные для вида действия. Конрад Лоренц отмечает, что потому уже агрессивность не противоречит, а, напротив, способствует формированию личных связей у высших животных, таких как личная дружба, верность. Так уже в живой и неразумной природе появляется то, что можно определить как «естественную мораль», которая сохраняется и развивается в человеке до своей высшей формы. Однако никому кроме человека не свойственна свободная, осознанная, ответственная нравственность.
К биологической этике относятся и учения о морали Ф. Ницше, З. Фрейда, неофрейдистов К. Юнга, Э. Фромма, учение о добре как «эгоистическом альтруизме» Г. Селье. С генетической природой человека связывают добро и зло некоторые генетики. Такую «генетическую» концепцию морали развивал известный советский генетик В.П. Эфроимсон[23].
Биологическая этика имеет как свои достоинства, так и недостатки. К достоинствам биологической этики относится то, что она обращает внимание на природный фактор морали, распространяет нравственную оценку и на природу. В морали, действительно, есть определённая природная основа. К недостаткам биологической этики относится абсолютизация биологического фактора, когда отрицается значимость социальных и духовных основ морали. Однако из биологии живых существ нельзя эволюционно получить высшие нравственные чувства и идеи, свойственные нравственной личности. В живой неразумной природе, конечно, нет ни развитого нравственного сознания, ни подлинной свободы выбора. Здесь, собственно, правомерно видеть не «естественную мораль», а лишь определённую моральность.
Среди недостатков биологической этики отметим и тот, что здесь совершается натуралистическая ошибка, когда естественные, биологические феномены определяются как идеальные, нравственные. Другой недостаток натуралистической этики связан с неверными утверждениями, что «то, что служит прогрессу вида, всегда предстаёт добром для отдельной особи», и что «более развитое в естественном смысле предстаёт и более развитым в моральном смысле». У английского поэта XVIII-XIX веков Вильяма Блейка, который был сознательным певцом зла, сатанизма, есть чудное стихотворение «Тигр». Оно посвящено тигру как живому воплощению ярости, зла и в то же время как живого, естественного совершенства.
«Неужели та же сила,
Та же мощная ладонь,
И ягнёнка сотворила,
И тебя, ночной огонь».
Абсолютизация природного фактора морали приводит многих представителей биологической этики к пессимистическим выводам о возможностях и развитой ответственной нравственности, свойственной человеку. Так, Конрад Лоренц писал: «После всего того, что мы узнали об инстинктах вообще и об агрессии в частности, два «простейших» способа управляться с агрессией оказываются совершенно безнадёжными. Во-первых, её наверняка нельзя исключить, избавляя людей от раздражающих ситуаций; и, во-вторых, с ней нельзя совладать, навесив на неё морально-мотивированный запрет. Обе эти стратегии так же хороши, как затяжка предохранительного клапана на постоянно подогреваемом котле для борьбы с избыточным давлением пара»[24].
Ситуация с человеком особенно тревожна потому, что человек не обладает природными механизмами торможения своей агрессивности, поскольку не обладает и такими мощными природными орудиями нападения, как клюв ворона или клыки волка. Но современный человек приобрёл намного более совершенные орудия нападения типа стрелкового и ядерного оружия. И его несдерживаемая инстинктами природная агрессивность может обернуться самоуничтожением самого человеческого рода.
Биологическую этику не надо отождествлять с биоэтикой. Биоэтика есть особый раздел современной этики, где занимаются нравственными проблемами, связанными с биологической природой человека как живого существа. Если биологическая этика старается вывести мораль из биологической природы человека, то биоэтика старается применить мораль к решению проблем, связанных с биологической природой человека. Саму же мораль биоэтика может понимать по разному, не обязательно признавая её основу в биологии. Биоэтика в настоящее время решает новые, ранее неизвестные этике проблемы, которые возникли в связи с прогрессом науки, в частности медицины. К актуальным проблемам биоэтики относятся эвтаназия, критерий смерти, клонирование, трансплантология, фетальная терапия, транссексуализм и др.[25].
Эвтаназия определяется как намеренное умерщвление безнадёжно больных,в том числе по их просьбе. К такого рода самоубийству прибегают некоторые заболевшие раком, спидом и др. болезнями. Они обращаются по большей части к врачам с просьбой сделать им смертоносный укол, который бы освободил их от физических и душевных страданий. Но, с нравственной точки зрения человек не имеет «права на смерть». И я разделяю воззрение на эвтаназию как на зло и грех.
Проблема критерия смерти возникла в связи с успехами медицины, позволяющей реанимировать большое число людей после их клинической смерти. Однако те, которые находились в безжизненном состоянии относительно продолжительное время (более пяти минут), уже никогда не становятся полноценными личностями, ибо у них за это время отмирает мозг, хотя сердце оживает. Подобные люди могут существовать только в клинических условиях, доставляя дополнительные заботы родным, врачам, обществу. И возникло предложение пересмотреть прежний общечеловеческий критерий смерти, который определяется как остановка деятельности сердца, и взять за критерий смерти остановку деятельности мозга. Однако это может породить целый ряд вольных или невольных преступлений. С нравственной точки зрения, всякая форма жизни священна, есть добро, поэтому необходимо поддерживать любое проявление жизни.
Клонирование есть получение генетических копий животных и человека. Однако клонирование человека способно извратить естественные основы деторождения, кровного родства. Ребёнок может стать сыном деда, сестрой матери и т.п. Так появившийся на свет человек может не ощутить себя полноценной личностью, а всего лишь «копией» кого-то другого. Поэтому, думается, нравственно оправдано клонирование отдельных клеток и тканей организма, но не человека в целом.
Трансплантология – это теория и практика пересадки органов и тканей. Трансплантология способна оказать действенную помощь больным. Однако нельзя рассматривать органы человека как объекты купли и продажи. Также недопустима с нравственной точки зрения эксплантация (изъятие органов), которая угрожает жизни донора или которая проводится без его добровольного самопожертвования. Эксплантация у только что умерших людей позволительна лишь при точной констатации смерти и с согласия родственников. Нравственно предосудительна презумпция согласия потенциального донора на экс плантацию его органов, которая закреплена в законодательстве ряда стран.
Фетальная терапия есть изъятие и использование тканей и органов человеческих зародышей, абортированных на разных стадиях развития. Фетальная терапия не только аморальна, но и преступна, ибо и сам аборт есть зло, более того - тяжкий (смертный) грех.
Транссексуализм - это попытка изменения пола. Транссексуализм есть извращение человеческой сексуальности и не имеет нравственного оправдания.
Во всех подобных случаях, которые раньше были не известны человеку и перед которыми стоят сейчас юриспруденция, медицина, философия, тем не менее надо исходить из хорошо известных человеку нравственных истин, согласно которым жизнь, личность, брак, пол есть моральные ценности добра. Человеческие действия могут быть нравственно оправданы, когда они направлены на утверждение данных ценностей, а не на их отрицание[26].
Гедонизм – это этическое учение, которое отождествляет добро с удовольствием. Эвдемонизм есть этическое учение, отождествляющее добро со счастьем. Гедонизм и эвдемонизм имеют давнюю историю. Эти учения возникли ещё в античной этике. Крупнейшим представителем гедонизма был ученик Сократа Аристипп (4 в. до н.э.), а крупнейшим эвдемонистом считался знаменитый античный философ Эпикур (341 - 270 до н.э.). Гедонизм и эвдемонизм очень близки здравому смыслу. В самом деле, ради чего живёт человек? В чём смысл его жизни? Большинство людей, не задумывающихся глубоко над нравственными проблемами, ответят, что человек живёт ради удовольствий, счастья, в этом его естественные потребности, и что удовольствие, счастье и есть добро. Однако, если даже удовольствие или счастье есть добро, то добро не есть удовольствие или счастье. В самом деле, добро может быть связано со страданием и даже с гибелью человека, когда, например, человек жертвует собой ради блага других людей. Крестные страдания Иисуса Христа есть несомненное добро. Сам крест как древнее орудие казни есть в христианстве в то же время символ добродетельной христианской жизни. Само удовольствие и счастье связаны не только с добром, но и со злом. Так чрезмерные удовольствия разрушают природу человека, ради собственного счастья иногда приходится вольно или невольно доставлять страдания другому человеку. Такое, например, бывает, когда приходится делать выбор между двумя любящими тебя людьми. Твой выбор доставит счастье одной персоне и страдание другой.
Основная ошибка гедонистов и эвдемонистов, как и многих других представителей натуралистической этики, состоит в том, что они неверно отождествляют добро с удовольствием, счастьем, здоровьем, пользой и другими физическими, психическими, социальными качествами. В то время как добро есть особое идеальное качество, добро есть ценность, которую нельзя непосредственно увидеть, осязать и т.п. Такую ошибку английский мыслитель начала XX века Джон Мур обозначил как «натуралистическую» ошибку[27].
Ограниченность гедонизма и эвдемонизма состоит также в том, что, несмотря на свой кажущийся оптимизм, это есть очень пессимистические учения. В самом деле, жизнь человека связана не только с удовольствиями, а тем паче со счастьем, которые весьма кратковременны, а и со страданиями, часто трагическими. И в таком случае гедонизм и эвдемонизм ничего не предлагают человеку. Собственно с их точки зрения такая полная страданий жизнь бессмысленна. И не случайно среди самоубийц очень много сознательных или интуитивных сторонников гедонизма и эвдемонизма. Совершенно иначе и более правильно даётся оценка страданию, например, в христианской этике. Здесь действуют два принципа: 1. «Человеку даётся столько страданий, сколько он может вынести». 2. «Претерпевший же до конца спасётся»[28].
Утилитаризм есть этическое учение, которое отождествляет добро с пользой. Утилитаризм в Новейшей истории стал одним из самых распространённых этических учений, что определяется утверждением капитализма, ориентирующего человека на получение максимальной прибыли от всего, с чем он имеет дело. Различают два вида утилитаризма: классический утилитаризм и утилитаризм средней полезности. Классический утилитаризм утверждает общую пользу в качестве главного критерия добра. Его основной принцип гласит: «Максимальная польза для максимального числа людей». Крупнейшим представителем классического утилитаризма был английский учёный Иеремия Бентам (1748 – 1832). Утилитаризм средней полезности направляет общество на максимализацию средней пользы, т.е. пользы каждого «среднего человека», или пользы на душу населения. Если сравнить два вида утилитаризма, то более оправданным выглядит утилитаризм средней полезности уже потому, что человек в исходном положении выбора будет скорее заботиться не об общей пользе, а о своей личной пользе.Об этом свидетельствуют и статистические подсчёты пользы в «живом» обществе, где наблюдается естественный рост населения (см. рисунок).
y y – средняя 
полезность на душу населения,
x – численность населения,
y = F(x) - характеристика средней полезности,
y=F(x) xy = c – характеристика равно всеобщей полезности.

xy=c
0 x

Однако утилитаризм любой разновидности имеет свои недостатки. Во-первых, добро и польза здесь отождествляются. Но добром может предстать и то, что в данный момент не приносит никакой пользы, как акт самопожертвования. И то, что полезно, может быть сопричастно и добру, и злу. И главная причина такого неправомерного отождествления добра и пользы состоит в «натуралистической ошибке», совершаемой утилитаристами. Утилитаристы, как и гедонисты и эвдемонисты, не отличают добро как ценность, которая идеальна, от пользы, которая материальна. Во-вторых, утилитаризм любой приносит в жертву пользы своей или общей другие интересы людей, например их свободу. В-третьих, утилитаризм решает вопросы с точки зрения «среднего» человека, перенося на всё общество его потребности, интересы, взгляды. Он не проявляет должного участия к каждому человеку, особенно слабому, непреуспевающему. Нравственность в социальной этике также выводится из других, не моральных, социальных институтов. Важнейшими разновидностями социальной этики являются марксистская этика и «договорная концепция» морали. Марксистская этика выводит мораль из противоречий общих и частных интересов. Добро по своему содержанию есть общий интерес. Но общий интерес выражается в классовой форме, и потому мораль имеет в классовом обществе классовый характер. Общечеловеческая нравственность в марксистской этике отрицается как бессмысленное понятие. В свою очередь, существование классов определяется экономической структурой общества. Следовательно, мораль, в конечном счёте, детерминируется экономикой. Как во всякой надстроечной системе, у морали, по словам К. Маркса, нет своей истории, нет своей автономии. Поскольку в обществе существуют несколько классов, постольку возникает проблема определения наиболее прогрессивной морали. Марксизм утверждает, что мораль наиболее социально прогрессивного класса является и наиболее прогрессивной на данном этапе развития общества. Самой прогрессивной моралью объявлялась мораль рабочего класса. Само понятие добра выводилось из интересов пролетариата. По утверждению В.И.Ленина: «Нравственно всё то, что служит интересам рабочего класса».
Марксистская этика имеет и достоинства, и недостатки.

[1], [2]
-->
Loading

Календарь

«  Ноябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930

Архив записей

Друзья сайта

  • Заказать курсовую работу!
  • Выполнение любых чертежей
  • Новый фриланс 24